Домовые адресные знаки
На главную Обратная связь
На главную
Последние новости
Хроника культурной, научной и общественной жизни русской эмиграции в
   Чехословацкой Республике
« Рецензии »
Е.К. Соколинский

Хроника культурной, научной и общественной жизни русской эмиграции в Чехословацкой Республике (Прага, 2000. Т.1-2).

руд историков, архивистов, библиотекарей Чехословакии, ему отданы многие годы, можно смело назвать подвижническим. Последовательно, тщательно воссоздают они жизнь русской эмиграции в Чехии 1918-1945 гг. За последние годы Славянским институтом, Славянской библиотекой были выпущены материалы широкомасштабной международной конференции "Русская, украинская и белорусская эмиграция в Чехословакии между двумя войнами" (Прага, 1995), через год опубликованы три тома библиографического справочника: "Труды русской, украинской и белорусской эмиграции, изданные в1918-1945" (. Кроме того, подготовлены отдельные справочники, посвященные архивным фондам эмигрантов, эмигрантским организациям. С 1997 г. начал выходить журнал "Rossicа". Можно, конечно, возразить: многие авторы этих трудов - по происхождению, русские, увековечивают свою национальную культуру. Однако руководство Славянской библиотеки, Национальной библиотеки Чешской Республики - чехи. И если бы не постоянный интерес чешской культурной общественности к проблемам эмиграции, русские сделали бы неизмеримо меньше. Я подчеркиваю, "культурной", так как отнюдь не всегда занятия эмигрантикой приветствуются на "бытовом" уровне. В 1995 году мне приходилось слышать из уст телевизионного комментатора, что конференция по русско-белорусско-украинской эмиграции неуместна, так как русские создали в современной Праге криминогенную обстановку. Подобные выпады надо отставить в сторону. Люди, исторически вооруженные, прекрасно понимают, какую большую роль сыграли "старые" русские в жизни Чехии двадцатых-тридцатых годов.

       Если не последним аккордом, то по крайней мере, одним из важнейших итогов работы чешских исследователей является "Хроника культурной, научной и общественной жизни русской эмиграции в Чехословацкой Республике" (Прага, 2000. Т.1-2). Прежде всего, что бросается в глаза, "Хроника" разрушает мнение об изолированности русской научной, художественной, политической элиты в иноязычной среде. На первых же страницах книги возникает тема сближения русских и чехов. Создан Чешско-русский клуб, русские военные возлагают венок на могилу генерала Штефаника и посещают президента Чехии Т.Г.Масарика с соболезнованиями, организуют вечер памяти Яна Гуса, лекции о чешской музыке и т.д. В свою очередь, на русских собраниях присутствуют чешские деятели литературы и науки, журналисты. Кроме того, видно, насколько русско-украинская диаспора была распространена почти по всей территории Чехии: от Чешских Будейовиц до Ужгорода и Мукачево. Немаловажно также, для различных акций, заседаний, праздненств, спектаклей и концертов русским предоставлялись лучшие площадки Праги: Национальный театр, Национальный музей, Моцартеум и т.д. Неоднократно представители русской общины приглашаются в Пражский Град на прием к Президенту.

       Поражает насыщенность и разнообразие эмигрантской жизни. Нет, кажется, области знания которая не отражалась бы в конференциях, лекциях, собраниях. Причем, вопреки традиционному представлению об эмигрантах, эмигранты в Чехии не заняты ностальгическими воспоминаниями о прошлом, не замыкаются в проблемах лишь своей нации. Изгнанников живо интересуют дела СССР - читаются доклады: "Положение рабочего класса в СССР", "Международная политика советской власти", проводится дискуссия по поводу пьесы И.Бабеля "Закат" и т.д. Эмигранты обсуждают темы: "Новейшие достижения в американской промышленности", "Скифы и гунны", "О поездке в Латвию и Эстонию". Можно, конечно, пожалеть, что составители лишь в исключительных случаях отмечали контакты эмигрантов с гостями из советской России, со спорными обоснованиями включались выборочно материалы казачьих, калмыцких, кавказских организаций. Выборочность всегда субъективна, но вероятно, у составителей были свои резоны, требующие более подробных разъяснений, чем это сделано в кратком предисловии. В то же время не вызывает сомнений отказ от рассмотрения в одном издании русской, украинской и белорусской эмиграции. Это три темы, взаимосвязанные, но имеющие самостоятельные аспекты. Всякий исследователь должен себя ограничивать в теме и объеме.

       Каждый специалист найдет в "Хронике" для себя важные сведения. Конечно, наиболее интересна историко-филологическая и философская линия эмигрантских собраний. Можно только позавидовать тем, кто присутствовал на докладах А.Л. Бема, А.А. Кизеветтера, Н.О. Лосского, Н.Е. Осипова, М.Л. Слонима, Е.В. Спекторского, Д.И.Чижевского, Е.Ф. Шмурло и др.

       Один именной указатель к двум томам занимает около 60 страниц (2936 имен), хотя можно пожалеть, что фамилии эмигрантов не отделены шрифтом от тех, кого они вспоминали, чье творчество анализировали. Тогда было бы видно: главными фигурами русской литературы, которые занимали умы русских ученых были, в первую очередь, Л.Толстой, Ф.Достоевский и Н.Гоголь.

       Значительно меньшее место в культуре Русского Зарубежья занимал театр, это характерно и для русских во Франции, и для русских в Германии, США, Китае. Одно из объяснений: театральное зрелище требует денег, большой организационной подготовки. И лучшие актерско-режиссерские силы все-таки остались в России. Небольшие театральные группы занимались просветительской деятельностью, напоминали о классических пьесах Островского, Гоголя и популяризировали авторов-эмигрантов, среди них был и А.Толстой, и Е.Чириков. Но тон задавали все-таки не они, а третьестепенные авторы водевилей, комических сценок и т. д. Любопытно, что ставили иногда и советских драматургов, например, В.Шкваркина. Не следует приуменьшать значение театра: он давал повод лишний раз собраться, поговорить, в значительной степени, выполнял роль клуба.

       Не будучи знатоком в этих областях, опускаю рассуждения по поводу военных, естественно-научных обществах, о которых рассказывает "Хроника", хотя и о них сообщается с той же степенью подробности. Авторы хроники справедливо полагали, что большинство исследователей не смогут обратиться к первоисточнику ввиду его труднодоступности, а источников в 2-х томах использовано около 160. В предисловии откровенно говорится о неминуемых пробелах, неравномерности освещения тех или иных сторон эмигрантской жизни. Составители скромно расценивают свой труд, как "Материалы к хронике". Понятно, какие-то факты останутся невыявленными, нельзя исчерпать историю, однако сделано уже очень много. В этом большая заслуга коллектива из семи авторов во главе с Любовью Белошевской.

« Назад | Далее » 

Наши издания
Наша история
Наши сотрудники
Наши партнеры
Гостевая книга
Контактная информация
Powered by ©
return_links($n); ?>